Айвазов, не причастный к криминалу ни сном ни духом, дал согласие на телевизионное интервью, чтобы развеять эти нелепые слухи; отвечал подробно, но неприязненно. Его раздражало, что при такой красоте, как у этой высокой натуральной блондинки, женщина способна быть отъявленной стервой, — а как еще вы назовете тележурналистку, пытающуюся поймать вас на слове? В процессе интервьюирования произошло недоразумение: оператор, подведя камеру слишком близко, ткнул Милену в плечо — очевидно, весьма чувствительно и неожиданно, потому что она, вскрикнув, выронила микрофон. Айвазов ловко поймал его на лету. Их руки соприкоснулись. Что за искра проскочила между ними? Даже если это было и электричество, микрофон здесь ни при чем. Есть язык тела, есть язык кожи — и, вероятно, самые важные слова между мужчиной и женщиной говорятся на этом языке. Всю последующую неделю, исключая рабочие часы, Рубен и Милена провели вместе, познавая друг друга всеми способами, в том числе и тем, что в Библии подразумевается под словом «познать». К концу недели стало ясно, что это не просто увлечение. Тогда-то Милена, отвернувшись к окну, сухим, бесстрастным голосом, за которым скрывалось постоянное привычное горе, поведала ему об Оксане. И предложила расстаться немедленно, потому что если они побудут вместе еще немного, то расставания могут и не пережить.

Любого другого мужчину смутило бы «приданое» в виде умственно неполноценного ребенка. Любого — только не Айвазова. Он действительно полюбил Милену настолько, что его ничто не способно было смутить. Наоборот, ему понравилось, что жесткая, энергичная репортерша так предана своей дочери: в традиционной армянской семье Айвазовых все женщины были преданы своим детям. Если Милена не бросила больное дитя и при этом нашла в себе силы сделать карьеру на телевидении, значит, не пустышка, а настоящий человек. А при виде Оксаны Рубен был ранен в самое сердце этим несчастьем в прекрасной оболочке. Живая кукла, бедный заблудившийся ангел в памперсах… Айвазов сразу сказал, что сделает для Оксаны все, что только в его силах, — и выполнял свое обещание. Только вот в силах его находилось, увы, немного. Если бы он был врачом, тогда — может быть. Но он — прирожденный технарь…